Верховный суд России обозначил жесткий подход к ссылкам на несуществующие правовые позиции. Поводом стало дело о банкротстве гражданина, которое один из кредиторов, по оценке суда, годами использовал не столько для получения задолженности, сколько как средство давления на должника. В отзыве на кассационную жалобу представитель кредитора сослался на несуществующий пункт постановления Пленума ВС РФ.
Экономическая коллегия учла многочисленные обособленные споры, несвоевременное представление позиции и доказательств, а также противоречивое процессуальное поведение кредитора. Производство по делу фактически утратило предусмотренные законом цели. Верховный суд завершил процедуру реализации имущества и освободил должника от дальнейшего исполнения требований, за исключением небольшой налоговой задолженности.
Одновременно ВС указал на необходимость рассмотреть вопрос о наложении штрафа на кредитора за затягивание дела и отдельного штрафа на его представителя за неуважение к суду, выразившееся в фальсификации судебной практики. Соответствующие материалы направлены в первую инстанцию для дополнительной проверки. Поэтому речь идет не об уже определенном размере взыскания, а о требовании высшей инстанции дать персональную оценку действиям представителя.
Зарубежная практика основана на том же принципе: юрист отвечает за содержание поданного документа независимо от того, использовал ли он искусственный интеллект. Ссылка на ошибку алгоритма не освобождает от профессиональных и процессуальных обязанностей.
В США показательным стало дело Mata v. Avianca. В 2023 году федеральный суд взыскал с двух юристов и их фирмы 5000 долларов за представление несуществующих решений с вымышленными цитатами, созданными ChatGPT. Юристам также предписали уведомить клиента и судей, чьи имена были приписаны фиктивным судебным актам. Основанием стало Правило 11 Федеральных правил гражданского судопроизводства, требующее разумной проверки документа до его подачи. Суд особо учел, что после обнаружения проблемы представители не сразу признали ошибку.
В Англии и Уэльсе Высокий суд в решении 2025 года по делам Ayinde и Al-Haroun перечислил возможные последствия использования ложных ссылок: взыскание расходов, возложение лишних издержек непосредственно на юриста, прекращение дела, передачу материалов профессиональному регулятору и производство о неуважении к суду. Суд подчеркнул, что результаты работы ИИ необходимо сверять с законодательством, официальными базами судебных актов и надежными юридическими изданиями.
В Германии Берлинский высший земельный суд предупредил адвоката после обнаружения в процессуальном документе двух несуществующих решений. Обязанность проверять подготовленный с помощью ИИ текст суд связал как с отношениями между адвокатом и доверителем, так и со статусом адвоката как органа правосудия.
Во Франции рекомендации коллегии по этике адвокатов при Государственном совете и Кассационном суде требуют всегда проверять результаты генеративного ИИ. Адвокат сохраняет ответственность за документ независимо от примененного инструмента. При этом общей обязанности сообщать суду о самом факте использования ИИ не установлено: предполагается, что прошедший проверку текст должен соответствовать обычным требованиям качества.
Национальные подходы различаются главным образом механизмами реагирования. В России акцент сделан на неуважении к суду и злоупотреблении процессуальными правами, в США — на превентивных санкциях и ответственности юридической фирмы, в Англии — на сочетании судебных и дисциплинарных мер. Германия и Франция выводят обязанность проверки из общих правил профессиональной компетентности и добросовестности.
Общий стандарт остается единым: ИИ может помогать искать аргументы и готовить черновики, но не заменяет проверку первоисточника. Перед подачей документа необходимо найти каждое решение в надежной базе, сверить номер, дату, наименование суда и содержание правовой позиции. Иначе экономия времени может обернуться штрафом, дисциплинарным производством, дополнительными расходами клиента и утратой доверия суда.
Справка
2. США. Mata v. Avianca, Inc., Решение федерального суда Южного округа Нью-Йорка о применении санкций от 22 июня 2023 года:
3. Англия и Уэльс. Ayinde v. London Borough of Haringey; Al-Haroun v. Qatar National Bank, Решение Высокого суда от 6 июня 2025 года:
4. Германия. Постановление Берлинского высшего земельного суда от 20 ноября 2025 года, дело 17 WF 144/25:
5. Франция. Рекомендации коллегии по этике адвокатов при Государственном совете и Кассационном суде от 2 апреля 2026 года.
